«К вечному миру» – как мы помним, это название кантовского трактата, опубликованного 220 лет назад, позаимствовано великим кёнигсбержцем с вывески одного трактирщика. На вывеске рядом с надписью было изображено кладбище – и Кант размышляет о том, как человечеству избежать этой печальной судьбы. Сегодняшний Калининград – как будто иллюстрация к этим размышлениям Канта. Он и предостережение о том, чем неизбежно оборачивается вражда, и надежда на большое мирное будущее, ради которого он хранит пустым пространство у своего сердца – у Собора, в котором мы находимся – и указание на то, что это будущее не наступит само, что для его приближения необходимы и долгий и упорный труд. Этот труд придётся проделывать нам, нынешним жителям города, в сотрудничестве со всеми людьми доброй воли, чья история также связана с этой землёй.
Я тоже расскажу о своей истории. Один из моих дедов, родом из Курской области, закончил ту страшную войну в 100 километрах отсюда, между Эльбингом и Данцигом; другой мой дед, родом с Украины, был направлен сюда сразу после войны служить на Балтийском флоте. Здесь они женились – одна моя бабушка приехала из Перми, города на Урале, другая из Псковской области. Здесь родились мои родители. Так получилось, что я калининградец в третьем поколении, а мои дети – в четвёртом, то есть настолько, насколько это вообще возможно. Я живу в российском городе, нынешнее название которого являет собой отголосок сталинизма, но который известен всему миру как родина немецкого философа Иммануила Канта, размышлявшего о том, «что такое человек» вообще, независимо от национальности. Когда я выезжаю за пределы города, я вижу следы жизни многих людей, их сбывшихся и несбывшихся надежд – остатки прусских городищ, на которых стоят руины орденских замков, вокруг которых расположены переставшие функционировать советские колхозы… Но я также вижу, что рядом строятся дома, что жизнь, несмотря ни на что, продолжает вливать новое вино в старые мехи.
Это очень непростое наследство, но его, как и всякое наследство, можно принять только целиком, со всеми коллизиями и накопившимися долгами. Внимательное отношение к нему есть вопрос человеческого достоинства, того самого, которое и во мне, и во всяком другом человеке всегда является целью. Я обязан приумножать доставшееся мне, для этого критически соединяя даже то, что соединить трудно. И я не понимаю, когда кто-то говорит мне, что что-то здесь чужое на том лишь основании, что оно «прусское», «немецкое» или «советское». Для меня, сегодняшнего калининградца, всё это данность, всё это являет, говоря кантовским языком, априорное синтетическое единство [a priori synthetische Einheit]. Более того, именно в критическом соединении того, что кажется несоединимым, в преодолении культурных и цивилизационных разногласий, в поиске общего, универсального мне видится будущее этой земли, ставшей частью России в Европе. И нам очень повезло, что 291 год назад именно здесь родился Иммануил Кант, которого все мы чтим как великого мастера синтеза лучших достижений различных философских традиций – и как главного жителя Кёнигсберга/Калининграда.
© апрель 2016 Вадим Чалый
